«Стандартов красоты в этом деле нет»: честный рассказ красноярского хирурга об интимной пластике

Интимная пластика — это полноценное хирургическое вмешательство: такие операции в Красноярске проводятся не так часто, однако причины для обращения к врачу могут быть разными.

И женщины, и мужчины ложатся на хирургический стол не только за уверенностью в себе, но и по соображениям религии или здоровья. О стандартах красоты в интимной пластике и новой жизни после операции — в интервью с Виктором Поповым, хирургом с 40-летним стажем, профессором и врачом Российско-финского медцентра TERVE.

«Пациенты хотят нравиться своему партнеру»

Интимная пластика — это полноценная операция, поскольку всё, что связано с нарушением целостности кожных покровов или слизистых, относится к категории оперативных вмешательств.

Причины у пациентов разные — и у женщин, и у мужчин. Они обращаются по религиозным или эстетическим соображениям, а также клиническим показаниям. Пациенты хотят нравиться своему партнеру, часто это связано с изменением интимной зоны после родов или каких-то хирургических вмешательств.

Чаще всего женщины обращаются из-за собственной неудовлетворенности внешним видом своей интимной зоны. Но это могут быть увеличенные малые половые губы, упущенный или увеличенный клитор — и мы делаем пластику, или восстанавливаем девственную плеву, или решаем проблемы выпадения или расслабления той или иной стенки женского полового органа. Физиологические показания также могут быть разными.

Раньше при слове «стоматолог» человек испытывал страх, то же самое касалось и «хирургии». Но как только появились адекватные методы анестезии, современные технологии лечения, то страшное событие превратилось практически в поход в кабинет косметолога. Люди идут не только за получением клинического результата, но и за эстетическим эффектом. А мы позиционируем себя профессионалами — по пальцам можно пересчитать частные клиники, в которых работают такие высококвалифицированные специалисты, доктора наук и профессора.

Однако все же нужно понимать, что операции «без разреза и наркоза» — это фишки маркетологов. Хирургии не бывает без минимального разреза. Но ничего в этом страшного нет — пациент приходит с заболеванием, мы ставим диагноз и подбираем методику. Там, где можно обойтись без операции, обходимся без нее. Самое главное для нас — понимание, профессионализм, душевность.

«Стандартов красоты в этом деле нет»

Пациенты говорят, чего бы они хотели, и мы демонстрируем возможный результат операции, то, чего мы можем достичь. Я спрашиваю женщину: «Вас устраивает такой результат, сможете ли вы в течение месяца соблюдать интимный покой?», — такие вещи мы сразу обсуждаем.

Чаще всего обращаются фертильные (способные к рождению ребенка) пациентки. Они либо закомплексовали после того, как партнер им сказал что-то неуместное, либо сами сочли, что пора что-то изменить. Хотя причинами мы, безусловно, интересуемся, но самое главное — выяснить, нет ли у человека некоего психического сдвига. Это достаточно деликатная проблема, и если искривленный нос на лице видно, и это какой-то эстетический дефект, то с интимной зоной — дело вкуса.

Наша задача — выяснить причину обращения и желания исправить что-то. Самое главное — исключить психоэмоциональный фактор: если женщина, например, всю жизнь была и будет перфекционисткой, а любое наше вмешательство, возможно, перестанет нравиться ей самой. Или операция — это требование партнера, например. Причины тут могут быть самые разные.

Отказываем в операции мы очень редко, когда чувствуем, что в раннем послеоперационном периоде с пациентом мы не найдем контакта. С операциями у женщин часто играет роль психологический фактор. С мужчинами проще: если они решаются на операцию, то впоследствии проблем с ними практически не возникает.

А мужчины?

Мужчины идут на операцию из-за неудовлетворенности в размерах полового органа. Сказать, что многие идут на это, мы не можем, но раз в две недели мы проводим такие операции. Здесь используются разные методы, самый простой и щадящий — использование филеров. Мы объясняем мужчинам, что эффект от такого вмешательства — на 8-10 месяцев, и нужно их достаточное количество ввести, чтобы ощутимо увеличить объем мужского достоинства.

Некоторые мужчины прочитают где-то, что операцией можно продлить половой акт, и кто-то специально идет за этим. Другие приходят с синдромом раннего семяизвержения, когда половой акт протекает очень быстро. Таким людям мы рекомендуем после проведения определенных проб оперативное вмешательство. Однако мы — не андрологи, и поэтому не занимаемся эректильной дисфункцией, здесь необходимо фаллопротезирование. Это не наш профиль.

Показанием для операции у мужчины служит наличие фимоза — увеличение крайней плоти, или тугая крайняя плоть. В таком случае человек даже в туалет сходить нормально не может, не говоря уже о какой-то интимной жизни. Это болезненно, но решается. На фото — специальный аппарат для осуществления циркумцизии (обрезания).

Есть ли интимная жизнь после операции...

Однажды у нашей пациентки через влагалище выпала прямая кишка, так называемое ректоцеле, и нужно было одновременно сделать две операции — на уменьшение полового органа и устранение геморроя. На следующий день после операции мы ее выписали, дали специальную диету, чтобы она смогла комфортно оправиться, утвердили интимный покой в течение месяца. Но пациенты и сами понимают его необходимость.

Пациенты чаще всего понимают, что эффект от операции, затраченные на нее деньги и полученный стресс могут обнулиться, и не выйдет хорошего результата, поэтому они сдержаны и щепетильны, пишут по каждому поводу, присылают фото и видео, если вдруг шовчик отошел, например. Около двух недель-месяца длится возвращение к нормальной физиологической жизни.

Мы объясняем пациентам: «Хотите испортить эффект от операции, чтобы швы разошлись или кровотечение началось? Можете интимной жизнью начать заниматься на вторые сутки. Но лучше подождать. А если вы уже чувствуете, что у вас там зажило, вы моетесь, и не больно, тогда вы можете попробовать нарушить интимный покой». Мы не можем, посмотрев на пациента, сказать, что он готов.

«Доверить свою интимную зону непросто»

Результат операции часто оценивается готовностью пациента вступать с нами в общение. Они у нас лечатся, затем к нам же с другими болезнями обращаются. Доверить свою интимную зону кому бы то ни было — непросто, и если женщины более лояльны к этому, то мужчины скромнее, особенно если дело касается проблем с прямой кишкой.

У всех пациентов свои особенности, но мы очень тактичны и разговариваем с людьми на их языке. В начале приема я внимательно изучаю анамнез, настраиваю человека на свою волну и понимаю, насколько он готов со мной общаться. Наши врачи очень щепетильны в отношении пациентов, неосторожно сказанное слово или случайная ухмылка могут ранить человека. Во-первых, пациент уйдет, во-вторых, он никогда не вернется, в-третьих — пожалуется, но самое главное, что нам такое поведение врача сильно не по душе.

Если нужно — мы разговариваем о проблемах с родственниками, но никогда не давим укоряющим «Как вы себя настолько запустили?». Просто лечим от кончиков пальцев до макушки, или отправляем другим специалистам, однако большая часть пациентов приходит по нашему профилю — и мы ими занимаемся.

«Мы — врачи, и мы заслуживаем уважения»

То есть мы корректны, душевны, дарим свое тепло, если нужно — но только если это ситуация, когда пациент готов отвечать взаимностью. Мы ждем всех людей, настроенных на конструктивный диалог и общение. Например, у нас недавно был молодой мужчина при хорошей должности, у него зазвонил телефон прямо во время приема, — он взял трубку и начал обсуждать рабочие вопросы. Я сделал замечание, продолжил излагать концепцию диагноза, а он — перебивает. Тогда я попросил его дослушать, а затем пациент неловко ушел.

Я просто хочу, чтобы люди понимали — мы не относимся к сфере обслуживания, мы — врачи, и мы заслуживаем уважения. Наше время полностью посвящено пациенту, мы не отвлекаемся.

Много людей из Красноярского края и краевого центра обращаются к нам за помощью. Операции с женской интимной зоной встречаются раз или два в неделю. Был у нас однажды и поток мужчин, но в летние месяцы всегда небольшой спад, и в это время мы заполняем себя другой работой.

Какие анализы нужно сдать перед операцией

Противопоказания к проведению деликатной операции общие — туберкулез, онкозаболевания, нарушение кровообращения, но обычно к нам приходят еще вполне здоровыми.

Перед операцией нужно сдать обычные традиционные анализы. В первую очередь мы отправляем пациентов проверить себя на системные инфекции, такие как ВИЧ, сифилис, гепатит. У нас только за прошедшую неделю было выявлено два случая заражения сифилисом и один — ВИЧ. Люди об этом не знали, у них — шок. Одна женщина пришла сделать биопсию подмышечной области. У нее были увеличены лимфоузлы, а причин для их увеличения много, в том числе это могут быть и системные инфекции. Увидев её анализы, мы отказали в операции, поскольку тут нужно было серьезно лечиться.

Однако многих пациентов с инфекцией мы оперируем, просто к этой категории людей относимся очень деликатно. Всегда лучше дублировать анализы, может быть, была допущена ошибка. Хотя это дорогая ошибка — все равно, что выставить человеку рак, которого нет.

Я когда-то занимал должность главного врача в больнице одного из районов края. В одной деревне фельдшер как-то идет, крича вовсю: «Манька, ты зайди, забери анализы в ЦРБ, тебя просили к дерматологу зайти». Муж чуть не убил эту женщину, узнав, что ей надо к дерматологу, хотя причина там была совсем банальная. Вопрос с анализами — очень деликатный. И даже когда мы сообщаем что-то страшное, просим перепровериться.

«А ваш супруг заметил?..»

Самая недорогая «интимная» операция — это обрезание, там могут быть разные варианты исполнения, но в любом случае сделать такую операцию стоит от 20 тысяч рублей. Относительно дорогие вмешательства стоят не больше 100 тысяч. Что касается операций по увеличению объема половых органов с использованием филлеров, то здесь стоимость определяется количеством введенного филлера.

После операции женщины более скрытны, мы задаем им общие вопросы. Спрашиваем, заметил ли супруг изменения: кто-то замечает, кто-то — нет, для кого-то жена таким образом подарок сделала.

Качество жизни пациентов улучшается — не говоря уже о половой жизни, некоторые проблемы физиологии нивелируются, всё проходит. Мужчина может нормально провести половой акт, которого у него, возможно, не было очень долго.

«Мы друг друга хвалим и поддерживаем»

В нашей клинике для диагностики есть практически всё. Я уже забыл свои «каналы», куда бы я отправлял пациентов для рентгенографии или сдачи анализов. Иногда мы указываем человеку, к какому специалисту нашей клиники человеку лучше обратиться, потому что мы точно доверяем нашим врачам, хотя пациент, безусловно, имеет право обратиться в другое место.

Хирурги вообще люди амбициозные, но здесь мы друг друга хвалим и поддерживаем, профессиональной ревности нет. Это огромный плюс, когда в коллективе нормальный профессиональный климат.

Я знаю не понаслышке, что существуют другие системы, где человек за каждый шаг должен платить. То есть люди платят за перевязки или в случае осложнений, у нас же клиника другая, с демократичным руководством, которое прислушивается к мнению специалистов.

Если пациенту требуется стационар — то он проводит там столько времени, сколько нужно. Мы перевязываем раны, наблюдаем человека, долечиваем его: общий процесс операцией не закончился, мы ведем пациента до «победного конца».

22 октября 2021
Анастасия Гнедчик специально для Newslab
Поделиться: